«Вилла Льва». Пустое чучело

Люди

11 августа 2021 года в помещении суда Столинского района в открытом судебном заседании рассматривалось дело об административном правонарушении Алексея Михлюка, хозяина агроусадьбы «Вилла Льва». Этот, так называемый мужчина, оскорбил незнакомую женщину.

В итоге оскорбительное хамство Лёшки Михлюка-Ольмана и совершение административного правонарушения было подтверждено «совокупностью доказательств, исследованных в ходе судебного заседания».

Хамство. Человек использует хамство в общении с целью явной демонстрации своего превосходства, более высокого социального статуса, осознавая при этом свою полную безнаказанность.

Однако, хватит теории. Читатель наверняка соскучился по жизнеописанию почти 40-летнего столинского «Цезаря», женатого местного предпринимателя со средним образованием. Однако автор специально выдержал длинную паузу, чтобы на писательский стол лёг документ «на гербовой» с синими печатями — копия Постановления № 212201002021, чтобы решение суда первой инстанции, судьи Столинского суда Ж.П. Стадник, вступило в силу.

ххх

17 июля 2021 года Лёшка-Цезарь по привычке чувствовал свою безнаказанность. Довольно трусоватый по характеру он и в этот раз предполагал, что ему не прилетит «ответка». Такая «ответка», как случилось однажды в столинской забегаловке «Домино». Там и тогда он тоже «не фильтровал» свою скудную лексику, а когда уходя открыл дверь на улицу, его «молодецкое» сознание потушил мощный фейерверк россыпи звёздных брызг от удара мужского кулака. Сам ольмано-горынский Цезарь тогда моментально «потух», а потом долго подсвечивал себе тропинки цветным «фонариком» под глазом.

Тогда Михлюка кто-то надолго «вакцинировал» от хамства. Но провинциальное хамство не оспа и не полиомиелит, от которых достаточно одной «прививки». Поэтому постепенно «звездная болезнь» возвратилась в невоспитанное сознание и «спакваля» превратилась в хроническую.

Павел Каллаур, главный банкир страны, сфотографировался со столинским Цезарем вряд ли предполагая, как Михлюк позволяет себе общаться с женщинами.

Видимо, Лёшка подогревает свою «статусность» вот такими фотками: с главным казначеем страны Каллауром, с депутатом Думбадзе. Вот интересно, кавказский горец Тенгиз сразу «перемкнул бы» Цезарю из полесского болота, стань свидетелем оскорбительного разговора своего «друга» с женщиной, или же безучастно отошел бы в сторонку, выковыривая зубочисткой в ротовой полости остатки дичи? Надо будет отправить щекотливый запрос в белорусскую нижнюю палату.

Депутату Думбадзе, кавказскому журналисту, будет интересно почитать о том, с кем он согласился сфотографироваться.

17 июля 2021 года Лёшка по-хозяйски зашел в зал своей агроусадьбы «Вилла Льва», где проходила торжественная церемония бракосочетания. Я не стал уточнять, в чём он был тогда одет. Как обычно, в шортах и шлёпанцах или же уважительно к арендаторам и соответствующе чужому празднику. Вряд ли уважительно. Потому что на ровном месте он тут же затеял базарную склоку с женщиной-фотографом. И у него изо рта в адрес женщины полились словесные помои. Утихомирить «хозяина» в Кошару приезжала столинская милиция.

ххх

11 августа в Столине был изумительный интересный суд. Чтобы поставить на место местного Цезаря в район приехали две женщины — из Пинска и из Минска! Круто, да?! Местным слабо.

Михлюк притащил в суд двух своих свидетелей — повара и собственную жену Дину.

А мне наконец-то представилась возможность воочию посмотреть в деле столинскую судью Жанну Павловну, к которой заочно у меня возникли хоть и противоречивые, но скорее нежные чувства. И с первых же минут судебного заседания я получил ещё более сильное эмоциональное впечатление, чем при чтении материалов судебного дела «Сидоревич против Игнатюка».

Голос!!! Голос и интонация судьи был завораживающе спокойные. Я бы даже сказал, что её голос был мягким и бархатистым. И я в очередной раз убедился в профнепригодности иллюстратора местной государственной газеты «Навины Палесся».

Судья Жанна Стадник участливо слушала показания Анны Веренич, женщины-фотографа из Пинска, которая на «Вилле Льва» испытала на себе оскорбительный гневный рык Ольмана-Цезаря. Голос Анны дрожал от искреннего негодования. Она подробно рассказывала о происшествии. Лишь изредка судья Стадник переводила взгляд на правонарушителя Михлюка, когда Анна рассказывала о непривычных для себя ужасающих эмоциях, которые переживала, когда на неё угрожающе надвигался центнер взбешённого тела с выбритым затылком, на котором перекатывались жировые складки.

Наверное, лишь автор в этом судебном заседании понимал, что участливый и почти сердобольный взгляд судьи-женщины практически не имеет никакого значения. Для автора куда более интересным было бы, чтобы на этом судебном заседании Михлюк привычно ерепенился перед, так сказать, джентльменами, судьями-мужчинами — Карасинским или Насеней. Стадник же равнодушно и снисходительно слушала бессознательный словесный поток из речевого аппарата Цезаря. Слушала довольно-таки терпеливо, но в итоге и ей, как и Карасинскому, относительно явственная фамильярность Михлюка в зале суда надоела, и она тоже сделала ему строгое замечание.

Свидетель, женщина из Минска, подтвердила показания Анны.

Потом в судебном определении Жанна Павловна напишет:

«Оснований для сомнений в достоверности пояснений потерпевшей Веренич А.С. и свидетеля Вильчик (Мойсюк) Н.В., и для оговора ими Михлюка А.П., не имеется. Их показания последовательны, дополняют друг друга, подтверждаются материалами дела.»

И тут у меня происходит очередной разрыв юридического шаблона в суде Столинского района. Михлюк в начале процесса не заявил ходатайства о своих свидетелях — своём кашеваре и своей борщеварке. Эти «свидетели» не были удалены из зала суда и слушали всё прям в процессе. Наверное, автор опять-таки что-то «не догоняет» в белорусских тонкостях юриспруденции, но судья Ж.П.Стадник, немного поразмыслив, решила всё-таки выслушать и хозяйского повара по фамилии Бурдыко. Надо будет спросить в вышестоящей судебной инстанции риторический вопрос, а что, так можно было?!

ххх

Опрос свидетеля Бурдыко — это была ПЕСНЯ!!! Поэтому сей фрагмент чуточку подробнее.

Сначала с Бурдыко поговорила судья Стадник.

А теперь упомяну, что Анна Веренич, женщина и фотограф, творческой и тонкой души человек, очень волновалась перед судебным процессом. Благо у свидетельницы из Минска по фамилии Вильчик в дамской сумочке были успокоительные драже валерьяны. Наверное, только лишь благодаря этому, да ещё, может быть, потому, что в прошлом Анна была в Пинске репортёром, она достойно выдержала этот тяжелый для себя процесс.

Стадник передала повара Бурдыко в руки Анне со словами:

— У Вас есть вопросы к этому свидетелю?

Тут и случился очередной столинский судебный сюр.

— Пусть сначала «свидетель» подпишет документ, что ему разъяснена ответственность за дачу ложных показаний, — попросила Анна.

Судья Стадник с недоумением посмотрела на свою секретаря судебных заседаний.

— Я ручку забыла, — потупив почти юный женский взор как в начальной школе пояснила недоразумение миловидная судебная стенографистка. От этих слов в середине августа из-за окна повеяло первым осенним днём — первым сентября — Днём знаний.

Потом секретарь быстренько сбегала куда-то за шариковой ручкой и Бурдыко наконец-то расписался на клочке процессуального документа.

Чуть ранее Бурдыко заученным текстом вещал судье Стадник о том, что он был свидетелем конфликта, всё слышал и прекрасно помнит дословно весь диалог своего хозяина и свадебного фотографа. И тут неожиданно у этого «свидетеля» проявляются признаки амнезии.

— Где именно я стояла?! В чём я была одета?! Какая у меня была прическа?! У меня были очки?!

Анна Веренич загоняла простыми вопросами «свидетеля» в ступор. Ведь всё так просто. Если ты помнишь диалоги и слова, то должен помнить, как выглядел человек, который разговаривал с твоим хозяином. У Бурдыко случился ступор: тут — слова — помню, а тут — визуально — не помню.

Блестящий допрос свидетеля! Высший репортерский пилотаж!!!

По этому поводу в определении суда будет записано:

«Показания свидетеля Бурдыко Н.Н. в части того, что потерпевшая Веренич А.С., разговаривая с Михлюком А.П., провоцировала последнего на скандал, суд не принимает во внимание, так как они даны с целью избежать Михлюком А.П. административной ответственности за содеянное.»

Судья Жанна Стадник уберегла Дину Михлюк от последствий аналогичного перекрестного опроса.

Что касается нарочитой самоуверенности в суде Алексея Михлюка, то она показушная. И не свидетельствует о каких-то юридических знаниях и административном опыте. А его свидетели?! С бОльшим успехом он мог бы представить в суде в этом качестве свои безмолвные пустые чучела с агроусадьбы.

Стадник предлагала сторонам прийти к мировому соглашению, чтобы Михлюк извинился как мужчина. Но привычно нарванный во взаимоотношениях с окружающими Михлюк-Цезарь даже в суде предпочитал общаться заносчивым тоном:

— Если надо, я могу извиниться...

Анна Веренич очень постаралась сохранить спокойствие и аргументированность доводов до самого окончания процесса.

— Вы же видите, высокий суд, что он не осознаёт своей вины, не раскаивается искренне. Он не извиняется, а всего лишь пытается сделать одолжение...

ххх

Начиная эту печальную «повесть» о нравах провинциального бизнеса, было бы весьма наивно полагать, что тексты возымеют какой-то поучительный эффект в сознании 40-летнего мужика, со скудным образованием и аналогичным воспитанием. А с личным опытом и возрастом я начинаю понимать, что такие тексты гораздо больнее бьют по близким людям такого закоренелого персонажа.

В суде я встретился затяжным взглядом с Диной. Она смотрела и покачивала головой. Глаза у женщины были грустные. У меня впервые появились сомнения, стоит ли так жестоко, как я умею, и публично выворачивать наизнанку всю жизнь этой семьи? Но ведь она же пришла в суд. Свидетельствовать против оскорбленной женщины? А может не в её власти было ни тогда, ни накануне процесса утихомирить разбушевавшегося Ольмана? Автор в сомнениях. Ведь ольмано-кошарскому Цезарю что в лоб, что по лбу. И это устраивает не только Дину. Это устраивает всё столинское «обчество». Даже местная власть, столинский «сенатор», увиливает от прямых вопросов касательно «Виллы Льва». Может из-за брезгливости? Может, что-то задолжал?.. Тем более, что даже здесь, в суде, ещё одна «участливая» женщина, судья Жанна Стадник в итоге...

ххх

В суде Михлюк вилял и выкручивался как умел. Тщетно.

Из определения суда:

«Доводы Михлюка А.П. в части того, что потерпевшая Веренич А.С. своим поведением спровоцировала его на скандал, пытаясь подорвать репутацию агроусадьбы, суд находит надуманными и данные с целью избежать административной ответственности за содеянное.»

А вот на лексике, литературных и нецензурных словах, которые использовал Лёшка Михлюк во время конфликта с интеллигентной женщиной Анной Веренич, «Про Столин» заострять внимание не будет.

Короче, опять обратимся к определению суда:

«Исследовав материалы дела, проанализировав представленные доказательства, дав им правовую оценку, суд приходит к выводу, что виновность Михлюка А.П. В совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 10.2 КоАП Республики Беларусь, доказана полностью.»

И далее:

«Руководствуясь ст. ст. 12.10., 12.11. ПИКоАП, судья

ПОСТАНОВИЛ:

Михлюка Алексея Петровича признать виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 10.2 КоАП.

На основании части 1 статьи 10.2 КоАП подвергнуть Михлюка Алексея Петровича административному взысканию в виде штрафа в доход государства в размере...»

ххх

Автор в этот момент оглашения судейского вердикта затаил дыхание. Жанна Павловна своей непредсказуемостью приятно будоражит кровь в моих жилах уже более года...

Тут стоит особо подчеркнуть отсутствие не столько прецедентности в белорусском судоустройстве. А ещё и то, что первые части статей, например, 10.2 и 23.34 КоАП абсолютно разные, хоть и предполагают штраф до 30 базовых величин. Неважно, что в прошлом году судья Ж.П. Стадник «дисциплинировала» протестовавших столинских мужчин максимальными суммами... Не должно быть у читателя никаких аналогий...

Итак:

«...подвергнуть Михлюка Алексея Петровича административному взысканию в виде штрафа в доход государства в размере...»

Но ведь штраф идет в бюджет страны. Получатель финансовых средств с правонарушителя — Главное управление Мнфина по Брестской области. Сейчас тяжелые санкционные времена. В бюджете на счету каждый рубль, каждая копейка...

В ушах по сей день барабанной дробью стучат волнительные слова решения судьи Стадник:

«...взысканию в виде штрафа в доход государства в размере...

ОДНОЙ БАЗОВОЙ ВЕЛИЧИНЫ НА СУММУ 29 (ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТЬ) РУБЛЕЙ»

Браво!!! Богиня! Богиня Фемида! Какое тонкое и унизительное для небедного правонарушителя решение! Каким поучительным уроком послужит судебное взыскание! Получи, в наказание, в ответ, самый нищебродский штраф и заруби на носу!!!

Автор молча ахнул от восторга! Вот это поворот!!!

ххх

Однако, не надо бурных оваций по поводу великолепного судебного решения. Интрига не только остается, но и возрастает в геометрической прогрессии. Всё впереди!

Суть в том, что Анна Веренич предусмотрительно не стала складывать все яйца в одну судейскую кощёлку. Она посоветовалась с компетентными товарищами и решила, что сначала надо закрепить судебным определением факт оскорбительного поведения и совершения административного правонарушения Алексеем Михлюком. И лишь потом, на основании этого решения, предъявить за оскорбительные слова иск о возмещении морального вреда.

Жанна Павловна Стадник сможет ещё запросто жахнуть в воспитательных целях по ольмано-кошарскому Цезарю внушительной суммой компенсации за нравственные страдания. Например, тышч пять! Но это лишь в том случае, если Анна Вернич найдет в себе силы и желание опять встречаться в суде с этим столинским телом. И если председатель суда Карасинский распределит гражданское дело очень опытной оценщице морального ущерба.

Александр Игнатюк

Постскриптум. Сразу после суда я шел по улицам райцентра в приподнятом и веселом настроении. Меня уже не терзали никакие сомнения по поводу мочить или не мочить местное хамло. Мне было абсолютно наплевать, по ком рикошетом будут бить эти публикации. Хотя вышеописанные морально-нравственные сопли — всего лишь незначительный штрих к портрету. А тут ещё встретил собеседника на одном из перекрестков. Он в дополнение многое рассказал по теме. Рассказывал, но всё время пытался перевести разговор на политическую тему. И я уже с грустью смотрел на столинского собеседника. Какая, к черту, политика?! Я не нашел в себе силы сказать собеседнику, что столинскому «обчеству» надо бы надолго запить глобальную политическую тему холодной водой. В Столине не нашлось кому одернуть зарвавшегося чувака, который ничего из себя не представляет, которого и звать-то никак. Потребовалось приехать двум женщинам из Пинска и Минска...

Какая же тут, на этих провинциальных улицах, ослепительная пустота...

Меня можно запросто самого одернуть: чья бы корова мычала по поводу хамства и оскорблений. Дважды судимый в уголовных процессах за публичное оскорбление несчастных столинских чиновников. Да, из песни слов не выкинешь. Вряд ли послужит оправданием, что в своё время я сознательно унижал именно тех, кто демонстрировал своё превосходство над простыми людьми и неуязвимость. Но я стараюсь, я работаю над собой изо всех сил. И последние четыре или шесть текстов (сбился со счёту), которые милиция и прокуратура передавали на лингвистическую экспертизу оказались безупречными.

Посмотрите предыдущие публикации о столинской "Вилле Льва":

"Радиоактивность "Виллы Льва"

"Вилла Льва". Гниль хозяина

"Про убийство и "Виллу Льва". Калейдоскоп

"Вилла Льва". Бизнес-справочник

Продолжение следует