ФЕНЕЧКА ДЛЯ ПОТЕРПЕВШИХ

Как только его выпустили из ИВС на Окрестина, сказал ему:

— Подумай, может лучше тебе уехать...

— Нет, — ответил тогда Никита.

Через четыре месяца по дороге из Столина в Пинск спросил у него:

— Почему сразу тогда не уехал?

— Выглядело бы как предательство, — задумчиво ответил он.

ххх

Была надежда на адвоката. В прошлом — следователь, мог контактировать с бывшими коллегами на коротке. Лично «зарядил» ему гонорар за результат — два счетчика, если не будет предъявлено обвинение.

Со временем в голосе адвоката уверенности поубавилось. Речь мы уже вели не о «премиальном» снятии подозрения, а о том, как отделаться «химией». А информационные ленты запестрили неадекватными приговорами.

— Смотри, за то, за что твоего батю три года назад приговорили к 240 часам общественных работ на кладбище в своей деревне Ястребель (за публичную горькую правду о чиновниках — авт.), сейчас паренька осудили к лишению свободы на три года в колонии, — рассказываю Никите новости, которые он старается не читать. — У нашей фемиды башню сорвало однозначно.

ххх

Чудо чудесное! Это Никите говорили знакомые, когда его выпустили под подписку о невыезде. Абсурдность подозрения, информационный всплеск, что-то другое? Мы вместе потом анализировали ситуацию.

— Забудь, — говорю сыну. — Скорее всего, в твоём случае сработало пресловутое столинское «чувство локтя». Землячок подсуетился тебе со свободой. Он, хоть и человек без стержня, но предоставил нам возможность выбора. Наверняка по телику в программе ОНТ услышал про столинского «слесаря-умельца»... Но ни одного уголовного дела в отношении красавцев-садистов на горизонте...

Хипстер со сбитыми костяшками пальцев, с татуировкой волчьего оскала и надписью «человек человеку волк» — Никита всем своим внешним видом провоцировал неадекватный интерес омоновцев.

Он старался держать себя спокойно, в автозаке думал над ответами предстоящих допросов. Одного из задержанных вместе с ним парней вскоре неотложка увезла в больницу без сознания.

Осмотр врача. За спиной стоит несколько «красавцев».

— А с глазом у Вас что? — спрашивает медик.

— Таким уродился, — ответил Никита с ухмылкой и услышал, как за спиной одобрительно загоготали «красавцы».

Потом его опознали сотрудники, как «парня с гидрантом».

ххх

Мать смотрит, как сын собирает рюкзак.

Завтра — очередной допрос в Минске. Нашелся в следственном бардаке его телефонный аппарат. Может быть, уже взломали пароль, который Никита так и не сказал за 18 дней ареста. Об изменении меры пресечения можно лишь гадать на кофейной гуще. Всё, что получилось, перенести допрос с утра на после обеда.

Нам повезло, что живем на границе. Лишь на первый взгляд кажется, что белорусская граница «зашпаклевана». Однако, угодили в цейтнот.

Кстати, правитель не доверяет погранцам. Летом отдельная служба активных мероприятий под присмотром контрразведчиков-особистов собрала по заставам все стволы. Наряды пару недель заступали с голыми руками.

10 августа офицер-пограничник «божился» репортеру, что ранним утром этого дня в Пинске «работал» не ОСАМ... Это был наверное последний вздох офицерской чести.

Но уже через пару часов после этого разговора в столице Полесья начал жестокую зачистку «импортный» ОМОН.

ххх

Нам повезло, что мы живем практически в приграничной полосе. Для местных нет тайны, где лежат секреты, в каком месте колючка, забор, рвы, какими маршрутами и с какой скоростью движутся тревожные группы, есть ли на вышках тепловизоры, где установлены фотоловушки...

Февраль изрядно подбросил снежку. С одной стороны — это хорошо. «Зеленые» утратили скорость и мобильность, у них нет снегоходов. Болотоход «Шерп» карабкается по оврагам как увалень. УАЗы застревают в переметах.

А с другой стороны — если ночная пурга не успеет замести следы, они укажут на откровенный переход. Никита не хочет позорить местных пограничников. Пусть в столинском болоте останется тишина и спокойствие. Поэтому будет уходить из страны в другом районе.

ххх

В среду во второй половине дня мы пока ещё катаемся по Столину. В городе очередной обыск. Обыск у свидетеля! Изъяли маечку с надписью и очень опасную плетеную бчб-«фенечку»...

Идиотизм крепчает, как февральские морозы.

Испанский стыд накрывает нас всех, когда «свидетель» у адвоката рассказывает, как во время обыска вели себя взрослые дядьки, как откровенно флиртовали со студентками, как участкового чуть не задушила жаба, при разговоре о мифических деньгах (милиционеру явно не хватает денежного довольствия на содержание собственной супруги, а может и ещё кого-то)...

Этот последний пазл серой картины белорусской действительности не оставляет Никите шансов остаться на родине. Обманчивое чувство абсолютной безнаказанности у «правоохранителей» пока провоцирует людей в униформе на откровенный трэш.

— Поехали в Пинск, — говорит он мне.

По дороге мы обсуждаем возможность уйти за границу вдвоем. Объясняю, что поздно мне что-то кардинально менять, да и на кого я оставлю любимый Столин и волшебный сказочный Ястребель?!

— Оскотинятся отдельные личности до полной бессознательности тут без меня, — говорю на вокзале на прощание сыну. — Счастливого пути!

ххх

Через несколько часов получил от сына короткую телефонограмму: +

— Пришлось бежать? — спрашиваю.

— В кромешной тьме особо не разгонишься, и снегу намело выше колена, — ответил он уже из-за границы. — Промахнулся мимо ориентира где-то на километр, но потом вышел на точку...

Функция автоматического удаления по таймеру сама зачищает нашу переписку.

ххх

За час до допроса позвонил из Минска адвокат, чтобы уточнить ситуацию и что именно сказать следователю.

— Передайте женщине, чтобы она не волновалась, — подтверждаю ничтожность подписки о невыезде.

Прилежный следователь в четверг в 14.08 решила всё-таки сама уточнить расклад. Разговариваем спокойно. Я слышу в её голосе нотки облегчения. Совесть-то есть у всех: у милиционеров, следователей и судей. Её — совесть (туда же и чувство собственного достоинства) — можно загнать под лавку, под плинтус, но они всё равно время от времени будут оттуда подавать признаки существования. Поэтому даже приятно, дать возможность другому испытать чувство облегчения.

ххх

И мне теперь дышится и пишется полегче. Показакуем ещё, как говорил покойный Доренко. И извиниться отнюдь не зазорно, хотя бы для того, чтобы иметь возможность повторить то, за что извиняешься. А это уже слова Невзорова.

Поэтому впереди у нас, надеюсь, ещё много юмористических заметок о столинской действительности. Таких заметок, чтобы ни одна экспертиза носа не подточила.

Александр Игнатюк

Постскриптум. Странное чувство. Это когда смотришь на суетливого человека с автоматом, который вроде бы как беспокоится о своем сыне, о своих родных. Неужели он не понимает, что таких отчаянных отцов тысячи, гораздо больше. И чем всё это закончится?

Отнюдь не зубастые «волки» представляют реальную опасность. Волки как раз-то оставляют выводок и уходят от логова в случае реальной опасности. А именно травоядные «острокопытные», загнанные хищниками в угол, вступают в схватку не на жизнь, а на смерть.